english version logo logo
version française
Музей Жизнь музея Оперный клуб Контакты
Главное меню
Главная
Шаляпин
О музеи
Фото
Оперный клуб
Письма
Статьи
Ссылки
Статьи Шаляпина
События
Гостевая книга
Карта сайта

Книги
Маска и душа
Страницы из моей жизни
Эдуард Старк "Шаляпин"
Природа таланта Шаляпина
Шаляпин и Горький
Бельские просторы
Вятский Шаляпин
Дранков



50

    В позднейшей книге воспоминаний Шаляпина весь эпизод с «коленопреклонением» входит в главу с    названием «Любовь народная». Этим заглавием Шаляпин подчеркивал связь своего понимания искусства с    пушкинскими постулатами свободы творчества, отношений между творцом ( поэтом) и обществом:

    «Поэт! Не дорожи любовию народной.

    … Ты сам свой высший суд…» (32).

    Когда в начале 1930-х г. появилась автобиография артиста «Маска и душа», Горький, как известно, сурово осудил ее: конечно, за то, что Шаляпин не признавал в ней за истину революционный суд над жизнью – советских законов, нравов и нравственности. Тогда друзья решительно разошлись. Но похоже, что еще в 1910-е годы Горький не разделял «несмиренности» Шаляпина перед радикальным, т.е. революционным общественным мнением. Он искренне считал, что артист должен выступить перед публикой с письмом, в котором «признает себя повинным в том, что, растерявшись, сделал глупость», «признает возмущение порядочных людей естественным и законным» (33). И это, напомним, уже после всех высказанных объяснений и, без сомнения, услышанных именно «порядочными людьми»! Не значило ли для Шаляпина это предложение опять «стать на колени» – теперь склониться во чтобы то ни стало перед огульностью мнений о себе борцов за свободу, которые, увы, не оправдали его доброго к себе отношения? Хотя Шаляпин уехал с Капри, как-будто согласившись с планом «оправдательного письма» перед публикой от собственного имени, но им не воспользовался. К счастью, для Горького, в его горячем желании поддержать Шаляпина в общественном мнении, главным было не это. Как он писал Н.Е. Буренину, «мы все должны, по мере сил, беречь человека столь исключительно талантливого» (34).

    В первые дни пребывания Шаляпина на Капри Горький предпринял, на первый взгляд, несколько неожиданный шаг в защиту друга. Он написал письмо Амфитеатрову (одному из самых яростных инициаторов «шума» вокруг Шаляпина), приглашая его приехать и вместе подумать о случившемся, а не судить обо всем «безапелляционно». По всей вероятности, такое предложение исходило от Шаляпина: это он желал объяснения с журналистом, так ожесточенно на него нападавшим, а тем самым он хотел повлиять и на многих своих хулителей из лагеря радикалов. Горький допускал возможность «диалога» с Амфитеатровым. Так он и начал свою защиту артиста. Но журналист, получивший известность благодаря своим разоблачениям царизма, ответил резко отрицательно, не поступаясь своими мнением и заявляя вновь ультимативные претензии «судить, а не миловать». По-прежнему бравируя звонкими фразами, он писал Горькому теперь не только о «двурушничестве» Шаляпина «между революционными дружбами и придворным холопством», но и своем неверии в то, что тот предан искусству; напротив, он добавлял и новое обвинение: «продал свой талант»(35).

 
Выгодно купить ягуар у официального дилера в Екатеринбурге
© 2007 - 2010 Дом-музей Фёдора Ивановича Шаляпина - сайт о музеи, жизни и творчестве Шаляпина.
Контакты с администрацией сайта: admin@shalyapin-museum.org
Контакты с администрацией музея: contact@shalyapin-museum.org
Адрес музея: 123242, Москва, Новинский б-р, д.25 - Телефон: 205-6236